Родные погибших на пожаре в «Пассаже» единодушно поддержали позицию гособвинения о виновности подсудимых

11 сентября 2013 - 01:08

В Верховном суде Коми на процессе над предполагаемыми заказчиками поджога ухтинского торгового центра «Пассаж» после обвинительной речи в прениях прокурора тринадцать родственников погибших на пожаре заявили о поддержке гособвинения.

Сегодня в Верховном суде Коми два гособвинителя Алексей Панюков и Юрий Овчинников продолжили начатое вчера выступление об обстоятельствах преступлений, которые совершили подсудимые Валентин Гаджиев, Фарид и Асрет Махмудовы. Подсудимым инкриминируются вымогательство и организация поджога «Пассажа».

Гособвинитель начал свою речь с показаний Алексея Пулялина, данных им следователю в мае 2006 года. Из его слов следует, что поджог «Пассажа» произошел по заказу Фарида и Магомеда Махмудовых. В показаниях от 18-20 мая 2005 года Пулялина сказано, что весной 2005 года в баре «Домино» у Пулялина и Коростелева возник конфликт с племянником Фарида Махмудова. Из-за этой драки Фарид Махмудов «поставил» Пулялина и Коростелева на деньги в сумме 500 тыс. рублей. На допросе 30 мая, 21 и 27 июня 2005 года Пулялин всякий раз говорит о заказчиках преступления и лишь уточняет обстоятельства совершения поджога.

В феврале 2010 года Пулялин более подробно описывает драку в «Домино», в ходе которой Давид позвонил дяде и на место приехали Валентин Гаджиев, Асрет и Магомед Махмудовы. Согласно этим показаниям, прибывшие на подмогу Давиду под угрозой избиения запретили Пулялину и Коростелеву появляться в увеселительных заведениях города. Алексей Пулялин на следующий вечер пришел в бар и был вывезен Асретом, Магомедом и Гаджиевым в местечко Крохаль, а затем избит. Получив от Пулялина данные о месте его проживания и домашнем телефоне, избивавшие сказали, что теперь он с Коростелевым их должники.

В конце марта – начале апреля Валентин Гаджиев, Асрет, Магомед и Фарид Махмудовы вызвали по телефону на встречу в ресторан «Кристалл» Пулялина и Коростелева и потребовали от них 500 тыс. рублей, угрожая избиением. В конце апреля – начале мая в «Кристалле» состоялась еще одна встреча Пулялина и Коростелева с заказчиками поджога, закончившаяся тем, что молодых людей отвезли на машине в лесной массив в местечке Крохаль, где избили. В конце мая – начале июня Асрет Махмудов все в том же ресторане «Кристалл» встретился с Пулялиным и Коростелевым и сказал, что они должны отработать свой денежный долг, совершив преступление, не указав, что именно необходимо сделать.

Опровергая утверждения Гаджиева и Асрета Махмудова, что они никогда не были в «Кристалле», прокурор Овчинников сослался на показания директора заведения Ольги Исаевой. Женщина утверждает, что Асрет был частым посетителем ее ресторана, бывал в нем и Гаджиев.

Указывая на то, что драка Пулялина и Коростелева была с молодыми кавказцами, среди которых был Давид Махмудов, гособвинитель сослался на показания свидетелей Игоря Могилевича, сотрудника правопорядка Дениса Агеева, а также на показания, данные на предварительном следствии Олениной, Булгаковым и Терентьевым. Следы избиений в лесу - синяки под глазами - у Пулялина отмечали его отец и бабушка, а также мама Коростелева.

В материалах дела имеется звонок с одного из телефонов в магазине «Строймаркет», принадлежащем Фариду Махмудову. Звонок был сделан 15 июня 2005 года (за три недели до пожара в «Пассаже» - БНК) в 20:40 на домашний телефон квартиры Пулялиных. Поскольку магазин в 20 часов закрывается и в нем остаются только директор и охрана, то, считает прокурор, звонить мог только Асрет Махмудов, арендовавший в магазине брата торговые площади. Разбивая довод защиты, что это мог быть звонок в службу такси, гособвинитель заявил, что невозможно при наборе номера ошибиться в трех цифрах из пяти.

После 15-минутного перерыва сменивший коллегу прокурор Алексей Панюков обратил внимание присяжных на показания Асрета Махмудова и Валентина Гаджиева в августе 2010 года. Асрет Махмудов в своем заявлении от 18 августа 2010 года сообщил, что в мае 2007 года при личной беседе Гаджиев ему признался, что причастен к поджогу «Пассажа». Мол, хотел насолить конкурентам – магазину «Сотовик», располагавшемуся в правом крыле первого этажа «Пассажа», поскольку сам намеревался заняться продажей сотовых телефонов. Думал только разбить витрины, но исполнители перестарались и вместо этого подожгли все здание. Поскольку Гаджиев является его земляком, отмечает в заявлении Асрет Махмудов, а земляков не принято сдавать, он не стал сообщать никому об этом разговоре.

Сам Гаджиев в ходе допросов, очных ставок и в своих письменных заявлениях, данных в период с августа по октябрь 2010 года, указывал, что он через своего знакомого Дмитрия Обанина заказал погром «Пассажа» двум молодым людям. На очной ставке 13 апреля 2010 года в колонии «Черный беркут» между Коростелевым и Гаджиевым последний сказал, что не исключает, что раньше видел Коростелева. В ходе допроса 14 октября 2010 года Гаджиев частично признал вину в случившемся в «Пассаже».

Гособвинитель считает, что Гаджиев умолчал о роли соучастников преступления. Далее прокурор привел обстоятельства в пользу того, что Фарид Махмудов также имел мотив поджечь «Пассаж». Прокурор считает, что у Фарида Махмудова был конфликт с несколькими собственниками здания торгового центра – Владимиром Гусевым и отцом и сыном Геворкянами. Их бизнес-интересы пересеклись при покупке акций предприятия «Ухтажелезобетон» в 2001 году и при торгах по продаже железнодорожного тупика – в 2004-м.

О том, что Фарид Махмудов обращался к своему знакомому с просьбой найти людей, которые подожгут входную дверь «Пассажа», чтобы припугнуть собственников здания, заявили два засекреченных свидетеля под псевдонимами Никитин и Сажин.

Прокурор также обратил внимание присяжных, что Фарид Махмудов являлся учредителем фирмы «Титан» по оптовой торговле жидкого и газообразного топлива.

На этом гособвинение закончило свое выступление в прениях. После чего 13 потерпевших, которые потеряли на пожаре близких им людей, поочередно заявили, что поддерживают позицию обвинения.

Выступавшая предпоследней Валентина Стражникова, потерявшая на пожаре дочь, пыталась в своей речи донести до присяжных дополнительную информацию: что много доказательств осталось за стенами зала суда; что родные погибших провели собственное расследование и убедились в виновности подсудимых; что оказался не допрошен свидетель Михаил Евсеев, который много мог бы рассказать; что родные погибших дважды выезжали в Москву, где у них были беседы с дорогостоящими адвокатами поджигателей. Однако каждый раз председательствующий судья Александр Мищенко ее останавливал, указывая, что эти сведения не должны доноситься до присяжных заседателей.

Завтра прения продолжатся. На них выступят Антон Коростелев и Алексей Пулялин.

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.